Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

"Вишни, как лебеди, стали вы белыми..."

Вчера у нас был ясный солнечный день, правда, с очень холодным ветром и я довольно долго гуляла по центру — старый Киев в начале мая всегда прекрасен. Основной целью прогулки были сто тысяч цветущих голландских тюльпанов, но наши родные вишни в буйном  кипении белоснежных лепестков по красоте им не уступают.

Collapse )

Напрасные мечты...

«И даже пень в апрельский день березкой снова стать мечтает.»

Во время апрельских прогулок собрала целую коллекцию пней, которым мечтать поздно — с них уже точно березки не получатся.

Collapse )

Угол Льва Толстого и Антоновича. Два фото — сегодня и больше 110 лет назад

Историческое фото особняка киевского предпринимателя и мецената Александра Терещенко было сделано после  1898 года, когда особняк был закончен строительством, и до 1910 года, когда на этой же стороне улицы кварталом выше, там где на фото буйный сад, началось строительство семиэтажного доходного дома купца Мороза.

фото из Википедии
фото из Википедии
Collapse )

Grieg Lyric Pieces Book V, Op.54 - 4. Notturno

Сегодня весь день такой — об искусстве, подснежниках, змеях, кофе. С пылесосом и сковородой на кухне. С претензией на что-то такое-этакое. Поэтому, в завершение совсем чуть-чуть Грига — тоже с претензией. )

Collapse )

Музей Ханенко. Иранская миниатюра «Зулейха хватает Юсуфа за полу одежды». 17 век

Этот очень уязвимый для света раритет 17 века повествует о невероятной женской истории  исламского средневековья.

Лист иллюстрирует эпизод романтической поэмы «Юсуф и Зулейха» великого персо-таджикского поэта Абудуррахмана Джами (1414-1492).

Collapse )

Еще раз о Владимире Высоцком

Книгу Давида Карапетяна «Владимир Высоцкий. Воспоминания», несмотря на небольшой объем, читала долго - больше недели. Не потому, что было неинтересно, нет — просто было сложно. И это при очень внятном тексте, занимательных сюжетах  и хорошем языке. Даже зная в общих чертах, чем всё закончится, не возможно не испытывать сочувствие, а порой и раздражение... 

Исследователи биографии и творчества Высоцкого оценивают эту книгу, как «уникальнейшие по правдивости и объему информации мемуары о дружбе Владимира Высоцкого и Давида Карапетяна, основанной на духовной близости и любви к литературе».

Для меня же эта книга стала предельно откровенной исповедью человека той эпохи, который разделил с Высоцким некоторые страницы его жизни, так сказать, и в горе и в радости.

Я никогда не являлась фанатом Высоцкого, но жила в те времена, когда имя его было известно каждому, а его песни звучали «из каждого утюга». Википедия пишет, что «по некоторым оценкам, Высоцкий, занимающий одно из центральных мест в истории русской культуры XX века, «оказал сильное влияние на формирование взглядов своих современников и последующих поколений».» Возможно, что так и есть.

С его трагической смертью в 1980 году песен стало звучать еще больше, издательства начали, наконец-то, печатать стихи Высоцкого, а множество людей, так или иначе причастных к его жизни, засели за свои мемуары, в которых образ великого барда трактовался очень по-разному.

Collapse )

Старая добрая Англия в современных детективах Роберта Гэлбрейта

С большим удовольствием дочитала вчера «Зов кукушки» - первую книгу Дж. К. Роулинг, созданную в детективном жанре и подписанную именем Роберта  Гэлбрейта (спасибо френдессе vincenati за рекомендацию)

У Роулинг получилась классическая детективная история в духе Агаты Кристи в реалиях современного Лондона и с чисто женским умением подмечать характерные и яркие детали. Передвижения героев привязаны к конкретным и узнаваемым местам Лондона, коротко и емко обозначенным, и это порождает отчетливую иллюзию присутствия и погружения.

Collapse )

Восток - дело тонкое. Канаэ Минато о темных сторонах японской души.

Дочитала небольшой детективный роман-триллер известной японской писательницы, «королевы иямису », как её называют в Японии,  Канаэ Минато «Виновен». Автором его является женщина, живущая в японской глубинке, окончившая женский университет и когда-то преподававшая домоводство, жена, мать и страстная любительница альпинизма.

Иямису — популярное направление японского детектива, исследующее темные стороны человеческой души. Не исключено, что женщина с таким бэкграундом,  как раз, таки, лучше всего разбирается в нюансах человеческих потёмок.)

Не буду спойлерить, возможно кто-то захочет почитать. Приведу только несколько фраз из многочисленных аннотаций: "Призраки прошлого преследуют четверку приятелей, когда они получают анонимные записки, обвиняющие в убийстве. 

Трагическое событие случилось с их другом несколько лет назад, когда пятеро молодых людей отправились на отдых в загородный дом поблизости от горнолыжного курорта. Тогда машина с одним из них сорвалась в пропасть, но смерть признали несчастным случаем. Теперь оставшиеся терзаются чувством вины, осознавая, о чем им необходимо молчать до последнего…"

В Японии продано более миллиона экземпляров книги, она переведена на несколько языков, на её основе снят популярный телесериал. 

Collapse )

Дед Мороз "на работе". На паперти или на панели?

Уникальный образчик новогоднего дизайна в центре города.

Навроде, и все атрибуты всамделишного Деда Мороза присутствуют, но почему-то не верится, что он сейчас раскроет мешок и начнет тебя одаривать подарками — нет, даже за стишок или песенку не станет. Скорее сам попросит, типа «мы сами не местные». Или еще чего предложит на взаимовыгодных началах — как-то сильно он на трансвестита смахивает.

Еще, как вариант, сюжет из дурацкой голливудской комедии. Переодетой в Деда Мороза моложавой бабушке удалось ограбить банк и сбежать от копов и теперь она лихорадочно думает, где бы пристроить мешок с миллионами и кто из легковерных прохожих сможет ей в этом помочь.

А какие мысли приходят вам в голову, глядя на этого «дедушку»? ))

В гости к Паниковскому в сквер на Прорезной.

- Что вы пристаете? - хмуро спросил Балаганов.
- Нет, вы спросите! - требовал Паниковский. - Поезжайте и спросите. И вам скажут, что до революции Паниковский был слепым. Если бы не революция, разве я пошел бы в дети лейтенанта Шмидта, как вы думаете? Ведь я был богатый человек.
У меня была семья и на столе никелированный самовар. А что меня кормило? Синие очки и палочка.
Он вынул из кармана картонный футляр, оклеенный черной бумагой в тусклых серебряных звездочках, и показал синие очки.
- Вот этими очками, - сказал он со вздохом, - я кормился много лет. Я выходил в очках и с палочкой на Крещатик и просил какого-нибудь господина почище помочь бедному слепому перейти улицу. Господин брал меня под руку и вел. На другом тротуаре у него уже не хватало часов, если у него были часы, или бумажника. Некоторые носили с собой бумажники.
- Почему же вы бросили это дело? - спросил Балаганов, оживившись.
- Революция! - ответил бывший слепой. - Раньше я платил городовому на углу Крещатика и Прорезной пять рублей в месяц, и меня никто не трогал. Городовой следил даже, чтоб меня не обижали. Хороший был человек. Фамилия ему была Небаба, Семен Васильевич. Я его недавно встретил. Он теперь музыкальный критик. А сейчас! Разве можно связываться с милицией? Не видал хуже народа! Они какие-то идейные стали, какие-то культуртрегеры.

Collapse )